Полдня прохожий послушно просидел в доме один, а когда тяжелое солнце стало клониться к верхушкам деревьев, в доме появился хозяин. Поставил в угол косу, сполоснул в лохани черные земляные руки, уселся и только тогда потребовал:

- Рассказывай.

- Что рассказывать-то?

- Город как, как народ справляется, и что говорят: откуда напасть взялась, и конец будет ли?

- Город как город, живут, помаленьку кормятся. А чтобы нечисть рядом водилась, никто и не слыхивал! Это ты откуда такой взялся, вместе с лесом и гостиницей твоей?!

- Как откуда? Я на Вычежской дороге стою, мимо меня тысячи народу ходили! - хозяин замолк, а потом жалобно прибавил: - Ходили, да перестали. И путь зарос. Неужто никому в Вычеж не надо?

- Почему - не надо? Есть дорога в Вычеж, - удивился гость. - Вот только не слыхал я, чтобы страсти такие на ней творились...

- А ты, парень, часом не врешь? - хозяин нагнулся вперед.

- Чего врать-то? - забеспокоился тот. - Ты лучше скажи, как мне домой попасть? А то ведь пора.

- Куда ты сейчас пойдешь? Зажрут тебя в лесу. С утра надо выходить, пока туман. Может и дойдешь. На рассвете они посмирнее, хотя все равно дрянь. В этом лесу все нелюдское: и трава, и деревья, и зверье. Они и сюда лезут, подбираются. Овцы у меня были, берег их, а потом гляжу - не овцы это. Глядят зло, а по ночам разговаривают промеж себя, совсем как мы, только не понять ничегошеньки. Зарезал я их и в яме закопал. А собак держу, куда я без них? Умнющие твари, аж боязно, но терплю. Я их порой в лес пускаю, так они мясо приносят, здоровенные куски. А от кого мясо - я и не гадаю.

Хозяин прервал речь и встал. Со двора донесся прерывистый вой спущенных с цепи псов.

- Слышишь? - сказал хозяин. - Давай спать ложиться, пока не стемнело, а то как бы ночью вскакивать не пришлось, если вдруг кто в гости пожалует.